Волгодонск вспоминает ветерана Александра Белова

Волгодонск вспоминает ветерана Александра Белова

29 апреля исполняется год, как ушел из жизни Александр Кириллович Белов – ветеран Великой Отечественной войны, в прошлом – старший механик турбокомпрессорного цеха Норильского комбината. Семья Беловых переехала в Волгодонск из Норильска в 1989 году.

Жена Александра Кирилловича, Ия Александровна Белова, хранит память о дорогом супруге. Эта статья – дань памяти и уважения прекрасному человеку, любимому мужу, с которым вместе, рука об руку, пройдено 28 счастливых лет.

На войну Александр Кириллович Белов попал почти мальчишкой: ему едва минуло 17 лет. В двадцать война для него уже закончилась. С нее он вернулся старшиной роты, на груди сияли ордена Отечественной войны II степени, Красной звезды, медали. Почти все награды получены в освободительных боях Советской армии в 1944– 1945 годах.

Со снайперской винтовкой юный солдат сражался с фашистами в Чехословакии, Румынии, Венгрии, Австрии и в других странах Западной Европы. И чем сильнее проникался ненавистью к врагу, тем больше росла в его сердце любовь к своей Родине, опаленной войной. Чем крепче руки Белова сжимали приклад и точнее он бил по врагу, тем острее тосковалось по Родине. До войны Александр Кириллович окончил ФЗО, успел поработать на Магнитке...

Когда война закончилась, Белову выпала счастливая мирная судьба. Как и мечтал, он стал механиком. Вот уже почти тридцать лет Александр Кириллович работает на Норильском комбинате, сейчас он старший механик турбокомпрессорного цеха ЦРЦ. В одну из свободных минут ветеран охотно взялся за перо. Когда с честью прожита жизнь, всегда есть что сказать людям.

... Я только получил паспорт, и уже началась война. Много отметок поставила она в моей судьбе и сразу же предъявила мне, как и всем людям нашей страны, суровый счет. С первых дней пришлось трудиться на победу. Строил оборонительные укрепления, работал в колхозе, добывал металл Магнитки. А в душе зрела ненависть к врагу, причинившему столько горя нашему народу. Выбор мой был сделан в 1943 году – добровольцем ушел после небольшой военной подготовки на фронт.
Помню, построили нас, «абитуриентов», возле школы снайперов и спрашивают: «Ну, у кого глаза хорошо видят?»

Трудное это было еще время, 43-й год. Некогда было солдатам в те дни проходить медицинский осмотр. Патронов и тех не хватало тогда, выдавали их нам строго по счету. Но наступил 1944-й, и многое в ходе войны изменилось.

После освобождения страны война перешла за ее рубежи. Вспоминается одна из крупных военных операций. С боями мы подошли к столице Австрии, Вене. 8 апреля был получен приказ начать наступление на город. Немцы оказывали ожесточенное сопротивление.Приходилось многие дома брать с боем. Медленно продвигались мы к центру города. Когда подошли к каналу, оказалось, что немцы взорвали все мосты, оставив лишь один, главный. Нашему второму батальону сотой гвардейской дивизии был дан приказ занять оборону по набережной канала. С ходу мостом овладеть не удалось: он простреливался пулемётами и снайперским огнем немцев. Саперы к тому же обнаружили, что мост заминирован.

Под прикрытием темноты трое саперов пошли на разминирование моста, но их обнаружили немцы. Вторую группу саперов возглавил гвардии старшина Казаков. Под прикрытием нашего пулеметного огня и ночной темноты удалось разминировать мост. Казаков был тяжело ранен и отправлен в госпиталь. Впоследствии ему было присвоено звание Героя Советского Союза.

Ночью немцы на своей стороне подожгли дома, мост освещался, как днем. Нашей роте был дан приказ выбить немцев из домов на другой стороне канала и обеспечить переправу через мост. Под жестоким огнем нам удалось войти в один дом. В числе первых был здесь я как снайпер. К дому шла еще одна группа бойцов, но дорогу им то и дело перекрывали свинцовые пулеметные очереди с третьего этажа противоположного здания. Я занял позицию на балконе и сразу же засек немецкого пулеметчика. Через минуту пулемет застрочил вновь: к нему подошел второй солдат. Пришлось и его заставить замолчать.

Немцы открыли бешеный огонь по отвоеванному у них дому. Фауст-патроны вырывали проемы здания, исчез и балкон – мой наблюдательный пункт, с которого я едва успел скрыться. Горел уже второй этаж. Перед нами была дилемма – смерть на улице или сгореть дотла в доме. В этот, казалось, безысходный момент нашему командиру пришла догадка: надо искать ход в подвалах. За ящиками мы обнаружили дверь, через которую по подземным дорогам можно было выйти в подвалы других домов. Так, неуловимыми, мы сделали марш-бросок в тыл врага почти на два квартала вперед. В одном из домов остановились, выяснили, что немцев нет, помогли спрятаться жителям в подвал, а потом уже заняли позиции и открыли неожиданный для немцев огонь.

Вена...Красивый старинный город, прославленный творениями Моцарта и вальсами Штрауса. Но любоваться его красотами мне тогда было некогда. Мой снайперский счет в Вене составил три десятка фашистов.

...На войну попал он мальчишкой. А вернулся с неё возмужавшим старшиной, награжденным боевыми орденами. На протяжении всей своей жизни Александр Кириллович сохранил верность и боевым традициям, и священной памяти погибших товарищей, и рабочему классу, достойным представителем которого был ветеран.

Использованы материалы газеты партийного комитета горняков и горнорудного управления Норильского ордена Ленина и ордена Трудового Красного знамени горно-металлургического комбината им. А.П. Завенягина, «Горняк», 7 мая 1983 года.

Детская парикмахерская «Лёвушка»